Я намазала пасту на щётку и вдруг подумала: а что если просто запереться в ванной и просидеть тут до ночи? Ну, сначала они постучат — дети ведь мастера настойчивости, потом начнут злиться, а потом как-нибудь сами разберутся. Знаете, это почти как в анекдоте: «Мама спряталась в ванной с шоколадом. Дети сначала искали её по дому, потом нашли шоколад — и всё равно не нашли маму».
Вот примерно так.
Паста капнула на раковину, а я смотрела на эту белую капельку и не вытирала. Потому что зачем? Это же арт-объект!
Из комнаты раздался крик: «Маааам, а где мои чёрные шорты?» Ах да, детская мода — это отдельная тема. Мои дети считают, что одежда — это нечто вроде ловушки для взрослых: «Если мама не найдёт — значит, потеряется навсегда!»
Я выдавила ещё пасты, будто первой мало — ну знаете, чтобы уж точно никто не сомневался в моём решении временно исчезнуть.
В прихожей на пуфе лежала раскрытая сумка с ноутбуком, пропуском, смятым чеком из аптеки (вот эта история с аптечными чеками всегда напоминает мне старый анекдот: «Аптекарь спрашивает: “У вас рецепт есть?” Клиент отвечает: “Нет, но у меня есть чек из прошлого раза!”»). Там же была детская машинка без колеса и контейнер с макаронами — которые я забывала вынуть ещё вчера. Ну да ладно, завтра макароны станут новым видом искусства.
Я потянулась за зарядкой и зацепила локтем ключницу — ключи посыпались на пол.
Помните ту сцену из фильмов про супермам? Вот она в реальности!
Из комнаты выбежал младший в одном носке. «Это ты брала мой клей???» — спросил он строго. Я сделала невинное лицо: «Неееет!» Он же настоял: «Ну посмотри.» Муж с кухни громко сказал без выхода: «У него завтра технология.
Найди.» И тут я поняла: технологии у нас дома развиваются гораздо быстрее меня.
Села на корточки и собирала ключи по одному; один закатился под тумбу — классика жанра! Младший стоял надо мной и дёргал себя за резинку шортов так напряжённо, словно пытался решить мировой кризис через подтяжку одежды.
На кухне открыла посудомойку и уставилась на чистые тарелки. Надо же просто их достать и расставить… Вынула две тарелки спокойно, но третья выскользнула и ударилась о столешницу со звуком такой силы, что старшая из комнаты крикнула протяжно: «Мааам!» Словно это был сигнал бедствия или новая песня группы Queen.
Я поставила тарелку в сушилку мимо паза — она съехала и легла боком с таким видом, будто решила устроить себе отдых после долгого дня борьбы с грязью.
За окном кто-то долго сигналил во дворе — коротко с паузами; чайник щёлкнул.
А я так и не налила воду для этого самого чайника… Это как в том анекдоте про лентяя: «Ленивый человек придумал чайник без воды – чтобы не наливать!» Вот теперь понимаю его глубину.
В спальне собирала с пола одежду: носок (куда ж без него), футболка (которая уже давно потеряла бойцовский настрой), школьные брюки и мой лифчик (который почему-то оказался под кроватью). Пожалуй, лифчик тоже решил сбежать от суеты этого дома.
Из детской донеслось очередное обвинение: «Мааам, он у меня забрал!» Я расправляла простыню на одном углу – она упорно слетала обратно; словно играя со мной в игру «поймай простыню».
Подняла стакан с засохшим кружком чая – символ моего утреннего оптимизма – понесла на кухню; по дороге заметила чужую тарелку с застывшим кетчупом на комоде – вернулась за ней как герой боевика возвращается за забытым гаджетом.
Никто не звал меня по имени – только “мам” и “где”. Как будто я стала персонажем сериала “Мама ищет себя”.