Она позвонила ровно в 22:17, когда я отчаянно пыталась отмыть сковородку после очередного кулинарного эксперимента, который закончился почти пожаром. Взяла трубку мокрой рукой, и вода капала на пол — классика жанра!
— Мам, тебе нормально вообще? — спросила Катя. Не «привет», не «как дела».
Сразу в бой, как будто я собиралась стать героем трагедии.
Меня зовут Марина, мне 47 лет. Живу в Подмосковье, преподаю русский язык и литературу — то есть каждый день объясняю подросткам, почему «не» с глаголами пишется раздельно. Разведена уже два года.
Дочь Катя учится в Москве и приезжает раз в полтора месяца — это если повезёт. Я не обижаюсь, она взрослая.
Просто вот однажды задумалась: а где же моя жизнь?
— Нормально, а что? — вытерла руку о полотенце и попыталась звучать бодро.
— Я тут разговаривала с подругой… её мама тоже всё тянет сама. Кать говорит: у твоей мамы депрессия просто.
Я засмеялась так громко, что, наверное, соседи подумали: «Может, там комедия?»
— Какая депрессия?
Я нормально живу!
Пауза длилась ровно три секунды (а это целая вечность в телефонных разговорах).
— Мам… Ты помнишь, когда последний раз ходила куда-то для себя?
И тут у меня всё внутри скрутилось узлом похлеще борща без соли.
Муж ушёл два года назад к другой женщине — отдельная история про «как я стала свободной». Тогда я думала: ну ничего страшного!
Я же двадцать лет справлялась со всем сама. Готовила еду (иногда даже съедобную), убирала (ну или прятала пыль за шкаф), следила за ребёнком и работала. Ещё и его рубашки гладила — он шутил: «Маринка у меня хозяйка!» Ха-ха-ха… теперь смешно.
После развода ничего особо не изменилось: готовка продолжается; уборка тоже; работа как работа… Только вот чужие рубашки больше не глажу — свобода ведь!
Катя прилетала на выходные — я варила борщ до состояния жидкого золота, пекла пирожки с капустой (она любит) и мы смотрели кино.
Потом она уезжала обратно в мегаполис, а я мыла посуду… И вот тут начинается самое интересное: подруги звали гулять или хотя бы на кофе зайти — а я отказывалась! «Дел полно», говорила себе и им. Кто-то же должен…
Стоп!
Кто должен? Кому должен?
Вот этот вопрос я себе почему-то так никогда и не задавала.
— Мам… Когда ты в последний раз была в кино одна? Для себя?
Я молчала так долго, что могла бы выиграть конкурс по задержке дыхания.
— Понимаешь ли ты вообще, что это ненормально?
— сказала Катя тихо и серьёзно уже не как дочь, а как взрослый человек на собрании акционеров моей жизни. — Я боюсь стать такой же: жить для всех вокруг и забыть про себя.
И тут у меня потекли слёзы прямо у раковины среди грязной посуды — слёзы осознания собственной забвенности.
Не потому что обидно было.
А потому что она права.
Всю жизнь гордилась тем, что «сильная женщина»: справляюсь сама со всем! Никому не жалуюсь! И удивлялась: почему никто не спрашивает меня о том же?
Почему муж воспринимал мой быт как должное? Почему дочка звонит только с проблемами?
Нет-нет-нет… Теперь понимаю – сама виновата! Воспитала их своим примером: «Мама справится без помощи».
Я вытерла слёзы рукавом халата старого как мои надежды на отпуск без детей – лет эдак восемь этому халату точно.
— Кать… Давай на следующей неделе приедешь – и мы вместе в кино!
Без борща и пирожков – просто так!
Она долго молчала:
— Ты серьёзно?
— Серьёзно! Билеты куплю сейчас же!
— Ладно… Только не передумай!
И знаете что? Не передумала!